Два дня с художником Сецилией Паредес | Бинокль

Два дня с художником Сецилией Паредес

10 октября17:50
257

Современная перуанская художница, живущая в США, Сецилия Паредес прибыла в Петербург из Самары с открытия своей выставки 12 сентября, в Россию вообще - далеко не впервые, и провела лекцию в Молодёжном Центре Эрмитажа.

Редакция Бинокля воспользовалась возможностью не только поприсутствовать на выступлении, но и побеседовать с Сецилией официально и не очень, посетить с ней музей послевоенного быта Ленинграда и экспозицию Манифесту 10.

Сецилия Паредес, профессионал с большим художественным опытом, работает с самыми разными техниками, материалами, темами. Ей интересно всё, но это далеко не пустая страсть объять всё. У Сецилии - это сверхзадача поиска как миссии.
История отношений между Сецилией и Петербургом особенная. «Это мой самый любимый город на Земле», - настаивает Сецилия. История города и роль личностей в ней питают художницу.
Создавая свои инсталляции в основном в Америке, она везёт их на выставки в самых известных музеях по всему миру. Больше половины года она проводит на бегу: самолёты, характеры, архитектуры, атмосферы - Сецилия сконцентрирована на игре с самыми тонкими нитями подтекстного содержания предметов и явлений, которые её окружают. А потом она окружает гостей своих выставок, в её понятиях, «сумасшедшей теплотой» - так Паредес называет эффект воздействия её работ на зрителей. Насколько это типаж современного автора? - возможно. Национальная особенность? - скорее всего: открытость, особая предрасположенность к впитыванию впечатлений, чуткость и, ещё раз, постоянный поиск.
В её произведениях можно найти, например, диалоги и аналогии между зафиксированными в истории первыми впечатлениями конкистадоров от природы Перу и созданием павловопосадских платков. На вопрос, чувствует ли себя Сецилия особенным человеком, когда находит связи между культурами континентов, она отвечает отрицательно: «Главное - подарить это ощущение людям». Так, Сецилия работает, прежде всего, над репрезентативными возможностями музеев или галерей, когда встаёт вопрос о том, как воспринимать её работы. Она лично обучает кураторов выставок и смотрителей залов своей идее, своему мастерству и тому, как общаться со зрителем. По её мнению, каждый гость экспозиции должен проникнуться скрытым содержанием её работ и покинуть залы с ощущением полноты понимания и должным определённым послевкусием.
Русскому обществу любителей искусства имя Сецилии Паредес ещё мало известно. В 2010 её работы выставлялись в Москве в ММОМА. В Петербурге во Владимирском дворце прошла выставка её фото-перформансов в 2013 году, была очень тепло принята: пестрота этой серии работ Сецилии очень близка русским, как подмечает она сама.
Почему именно перформансы в фото? Так называется скорее процесс создания работы, чем результат. Сецилия расписывает своего ассистента в контексте фона, фотографирует, затем ассистент расписывает её в определённой позе, результат чего запечатлевается в конечной выставочной фотографии.
Суть концепта фото-перформансов, о которых, главным образом, и шла речь на лекции в Эрмитаже, заключается в переносе качеств природы на человека. Сецилия фотографирует на некотором фоне, определённой тематики и заданной проблемы, себя, расписанную в продолжение этого фона. Так происходит слияние общей темы произведения художницы с частным случаем её раскрытия: как эта «природная» тема будет «работать» на человеке. Причём, изображая именно на себе, скажем, редкие формы цветов, она обозначает своё тело как явление универсального человека - не важно, мужчины ли или женщины - в природе. Так, самые последние фото-перформансы Сецилии - это тема нежности и проникновенности отношений между человеком и природой, как она живёт с ним.
Ярче всего она преподносит несколько своих «платьев», хранящихся сейчас в перуанском национальном Pedrode Osma Museo. «Платьями» Сецилия называет две инсталляции: «The Flight» (2013) и «The Prayer» (2013). Первая состоит из перьев и подвешена в воздухе среди ренессансных полотен испанских художников в Колониальном музее. «Полёт», похожий на символ лёгкой женственности и свободы, посвящён тяжёлому кровопролитию времени защиты прав женщин в Перу.
Вторая инсталляция представляет собой безголовую - то есть, обезличенную - белую фигуру, закрывающую своё отсутствующее лицо, одетую в вышитое бархатное платье. На нём принтованы растения, которые, увидели конкистадоры, когда впервые ступили на захваченные земли коренных племён Перу. Там они установили новые законы, согласно которым, католические священники не могли быть подвергнуты светскому суду. На платье вышиты имена тех священников, которые занимались педофилией под прикрытием этих законов. Обе работы Сецилии проникнуты глубоким драматизмом.
Анимализм, ритуал и символ - вот, пожалуй, основные ракурсы, под которыми стоило бы рассматривать работы Сецилии Паредес. Глубинно-светлый, добрый образ мыслей - вот то, что, возможно, могло бы помочь окунуться в мир художницы.
Говоря с Сецилией о «запретных» темах в её творчестве, нашёлся единственный вопрос - гендер. Для художницы человек - это безусловная единица мира, с которой можно воплотить любые замыслы. Поэтому, как считает Сецилия, нельзя судить и рядить его по половой принадлежности, ориентации, происхождению, вероисповедованию. Иначе всё это получается очень поверхностно.
В этом свете - в вопросе отношения к человеку, нельзя было не вспомнить общее прошлое России и Перу. Вновь-погружение в социализм произошло для Сицилии в недавно открывшемся Музее «XX лет после войны» - сразу после «Манифесты 10», после очередной прогулки по Эрмитажу. Каждый раз Сецилия находит в Петербурге новое вдохновение - на сей раз объектом её пристального внимания стали камеи.
Музей повседневной культуры Ленинграда 1945-1965 гг. произвёл на художницу сильное впечатление: и вновь, разговоры о человеке, об условностях вокруг него, вспомнились «шкаф» и «туалет» из Главного Штаба.
Зная многих художников-участников «Манифесты 10» лично, Сецилия не отозвалась восторженно о тех работах, что выставлены на главной площадке биеннале. Видео-работы некоторых художников даже вызвали раздражение. Мамышев-Монро понравился Сецилии: это была забавная история, но сюжет показался ей избитым. Томас Хиршхорн поразил Сецилию масштабом, а содержанием - относительно. Каталог выставки она решила не покупать.
Текст:
Евгений Богомазов
Фото:
из официальных источников