Бизнес Холокоста | Бинокль

Бизнес Холокоста

03 марта15:31
257

Сложно смотреть без какого-то скепсиса постановку с таким провокационным названием как «Холокост Кабаре».


Спектакль номинирован на театральную премию «Прорыв» в трех номинациях. Однако, на спектакль ты идешь не из-за этого. Ты будто принимаешь некоторый вызов. Вызов своему скепсису, обществу, которое движется в сторону энтропии по всем направлениям. Ты хочешь понять, неужели это коснулось и той страшной стороны истории, о которой не принято говорить таким звонким и оптимистичным голосом. Истории, которая сформировалась в массовом сознании документальными фильмами «Ночь и туман» Алена Рене, «По следам неизвестного Холокоста» (2011) Бориса Мафцира и более известными картинами художественного кинематографа. Произведениями, точно не имеющими ничего общего с кабаре.



Постановка пьесы «Суд над Джоном Демьянюком» по Джонатану Графинкелю раскрывает реальный судебный процесс, который стал, пожалуй, одним из самых затянутых и запутанных в истории. Это суд над человеком, которого обвиняют в пособничестве убийства 28 060 заключенных в нацистском лагере смерти Собибор.


История Демьянюка


Солдат советской армии Иван Деменюк оказался в плену в 1942 году, после войны эмигрировал в Америку, признав себя жертвой фашистского режима. В конце 1970 - х годов выжившие пленные лагерей смерти узнали в его фотографии «Ивана Грозного», одного из самых жестоких надзирателей концентрационного лагеря Треблинка. Почти через 10 лет Джон Демьянюк был приговорен к смертной казни.



Однако документы КГБ опровергли данные, представленные обвинением. Следствие на этом не прекратилось. Процесс показал, что Джон действительно проходил подготовку в травниках и был надсмотрщиком лагеря смерти Собибор, Майданек и трудового лагеря в Флоссенбурге. В 2011 году 89-летний осужденный был признан виновным в пособничестве убийства 28060 заключенных, был осужден на 5 лет и в силу преклонного возраста отпущен на свободу до рассмотрения апелляции, до которой он не дожил, скончавшись в возрасте 91 года. Судебный процесс длился около 40 лет.


Постановка


Молодой режиссер Илья Мощицкий собрал актеров разных площадок. По словам режиссера, он старался точно попасть в образы. Главную роль сыграл Иосиф Кошелевич, актер Александринского театра, имеющий внешнее сходство с реальным Джоном Демьянюком. До конца не понятно, действительно ли он был тем преступником, за которого его принимают. Он, запертый в камере, мысленно говорит с Иваном Грозным (Алишером Умаровым), которого в нем узнали бывшие пленные, но даже в этих разговорах не понятно, диалог ли это с самим с собой или он задает вопросы образу человека, преступления которого ему приписали.

Композитор Дмитрий Саратский своей работой не только показал эмоциональное состояние героев во всех действиях спектакля. Музыкальное сопровождение стало чуть ли не единственным реквизитом. Использовались имитации звуков природы, озвучивались действия актеров. Все это в совокупности с высокотехничной работой на сцене полностью компенсировало отсутствие декораций — все создавалось музыкой и действием.


Этично ли?


Однако, именно музыка является самой провокационной частью постановки. Яркие песни, кричащие и театрализованные реплики актеров по подаче больше похожи на анонс циркового шоу, нежели на рассказ такой непростой истории. Но с течением времени становится понятно, что это не радость — это истерика.


Для многих этот язык окажется немыслимым и недопустимым в разговоре о холокосте.

Однако, спорно, насколько этот спектакль действительно о холокосте, скорее он о необходимости общества получить что-то схожее с местью.



Судебный процесс над Джоном Демьянюком шел около 40 лет. Возможно, так долго это происходило именно потому, что общество нуждалось в залечивании этой коллективной травмы. На подсудимого направили прожекторы и он стал объектом излечивающим общее горе. Общество разделилось на две группы — одни защищали человека, который уже был полностью истерзан этим шоу. Они были не против наказания, они были против бесчеловечности процесса: его присудили к смертной казни, после аннулировали решение, у него отнимали и вновь возвращали американское гражданство, отпускали на свободу и вновь надевали наручники. Он уже был в инвалидном кресле, прошли десятки лет, а история все набирала и набирала новые обороты. Судебный процесс транслировался по телевидению как реалити-шоу. Для суда даже арендовали театр.


Другим эти переживания о судьбе вершителя холокоста казались просто немыслимы. Они требовали правосудия. Тем временем суд не мог доказать причастность этого человека к зверствам холокоста.



Лейтмотивом в спектакле проходит постоянно повторяющийся вопрос: «Джон, что ты делал во время войны?». Он повторяется так часто, что и зритель спрашивает себя: «А что бы я делал во время войны? А какую роль бы принял в этих обстоятельствах?». Под сомнение ставится и важность факта виновности или невиновности конкретного человека.


Центральным становится сам процесс. Большая часть людей хотела отмщения, они следили за судом не потому что им было важно знать виновен ли конкретно этот человек или не виновен. Они увидели в нем виновного, а процесс помогал им залечить свои раны. Но кто действительно виновен в этом шоу? Евреи, которые хотели отмщения? Или люди, допустившие появление этой потребности, люди допустившие холокост.



Режиссер: Илья Мощицкий

Автор пьесы: Джонатан Гарфинкель

Композитор: Дмитрий Саратский

В ролях: Иосиф Кошелевич (Александринский театр), Филипп Могильницкий (МДТ), Андрей Кондратьев (МДТ), Анастасия Балуева (Новый императорский театр), Анастасия Кипина (Театр эстрады), Алишер Уманов (театр «Зазеркалье»).


Текст:
Марина Делицой
Фото:
Фото из официальных источников