Пластмассовый век русской поэзии | Бинокль

Пластмассовый век русской поэзии

29 марта14:38
257

Быть поэтом в наши дни в Петербурге - серьёзный выпад в сторону вечности: город имеет настолько богатое поэтическое наследие, что каждый новый поэт неизбежно переживает сравнения с классиками русской культуры. Тем не менее, в поэтической среде заметно небывалое оживление, есть несколько поэтических объединений, которые регулярно проводят свои вечера, где авторы читают новые стихи и презентуют сборники. Организатор мероприятий поэтического братства "Идёшь, идёшь и ХОП!" Роман Данилюк рассказал "Биноклю" о Пластмассовом веке русской поэзии.


В какой-то момент в Санкт-Петербурге писать стихи стало модно. Это хорошая мода. Кто-то видит в этом дурное, я же думаю, что писать - хорошо, и тем более лучше, чем пить, а потом мочиться в подъездах, хотя одно другому не мешает. С увеличением числа авторов, появилась проблема с делением на хороших и плохих. Поэтов стало много, стихотворения пишут в больших количествах (некоторые по одному в день) и со всем этим не справиться.

Мне пишут письма старые друзья.

Выводят строки черствыми руками.

Смеются на до мной и над стихами,

Как будто это главный мой изъян.

(Андрей Некрасов)

Первое время я не понимал, почему люди ходят слушать современную поэзию. От вечера к вечеру ничего не меняется. Коротко: одни и те же личности читают одни и те же стихотворения одним и тем же слушателям. С позиции организаторства делать поэтические события захватывающими - это то же самое, что делать захватывающим бисероплетение. В первую очередь ты узнаешь, что существуют некие кружки бисероплетения и идешь в один из. Тебе, в принципе, нравится, но хочется большего. Ты отправляешься во второй, третий и понимаешь, что это больше не увлекает. Здесь можно все бросить, а можно создать свой кружок. Разноцветный бисер лежит перед глазами: красивый, яркий, обычный - всякий, и как-то это нужно так сочетать, чтобы писали в газетах, показывали по телевидению, и чтобы обязательно  появлялись поклонники, а в момент наивысшей славы лезли с вопросом:

- Как вы это делаете?

- Не знаю, я просто плету, как все.

Примерно так и появилось поэтическое братство "Идешь, идешь и ХОП!" (Михаил Зубов, Алексей Климон, Роман Данилюк). С 2011 года по настоящий день мы  провели почти сотню мероприятий разного уровня, начиная с "открытых микрофонов", заканчивая поэтическими концертами во дворцах с гигантскими люстрами.

Нет огня больше, медных труб,

Лишь вода ниспадавшая ниц.

Между мной и теплом твоих губ

Расстояние восемь страниц.

(Михаил Зубов)

Мы стесняемся называть себя поэтами.  Трудно зафиксировать момент перехода: вчера ты был, допустим, Витька, а сегодня стал поэт. Да и что такого особенного должно произойти? Рифмовать может каждый, но не каждый лезет в кузов. В поэтической тусовке есть навязчивые личности, которые любят с пеной у рта критиковать чужое творчество. Злословят день, злословят два, а потом подсовывают свои стишки александрийские. Дерьмо дерьмом.

Реклама ювелирного магазина на Невском проспекте. Из громкоговорителя:

"Много скидок есть у нас

Не хватает только Вас!".

Многие пишут, многие спорят, но до широкого круга творчество пока не доходит. Конечно, знают Полозкову, кое-где знают Воденникова, а поэты малого круга барахтаются на мелководье у самого берега. Есть у меня знакомый со спального района, он был ошарашен, что со времен Маяковского кто-то  вообще стихи пишет. На Итальянской улице мы взяли теплого сухого вина и он рассказал, что остужать его надо методом удерживания бутылки за горлышко, таким образом вино пребывает в прохладной уличной температуре. Когда мы подошли к спуску к Неве, вино было выпито, так и не остыв, а мой подпивший знакомец стал по памяти читать свои стихи и цитировать строчки из "Moveable feast".

Одного поэта полицейские остановили в метро и спросили, откуда он идет:

- С поэтического вечера

- Так, ты поэт, получается?

- Нет, - соврал поэт, и все равно зачитал им пару своих стихотворений, выдавая их за творчество позднего Пастернака.

Есть у нас в городе такие поэтессы, которые срывают с себя платье, дочитав вещь до конца, есть и такие, которые, будучи замужними дамами, могут засосаться с первым попавшимся у всех на виду, есть молодые красавцы, интеллигентно не выговаривающие букву "эр", начитанные до такой степени, что можно только слушать и кивать, кивать, кивать, есть любители травки до и после, есть любитель техники "поток сознания", читающие без подготовки в жанре "стэнд-ап", есть гомосексуалисты, есть трансуха, выступающий в женском (кстати, видел, очень эффектно!), есть поэты старого образца, проповедники затасканных джинс и сальных волос. Есть разные поэты и общение с каждым, учитывая нюансы, тоже представляет в некотором роде определенный вид искусства.

Человек-это пробная версия Бога,

А попробовать можно не так уж много...

(Григорий Старовойтов)

Для начала можно выбрать форму и/или содержание. С формой обычно как-то быстро наигрываются, а самые отвязные останавливаются на свободном стиле. Содержание включает целый набор тем и жанров, которые волнуют поэта. Попадаются и такие, которые из раза в раз воспевают свое погибельное падение с бутылкой/косяком/шлюхами в пучину одиночества. Нельзя бояться пробовать что-то новое. Мир прекрасен, мир красив, обратите на него внимание! Мне нравится деление поэтов на юродивых и жопашников, которое предложила Марина Кацуба. Юродивые - это гении, которых сверху стукает рифма, но они этого как бы не осознают, их строчки не обусловлены каким-либо опытом, а есть жопашники - пока сами не пройдут через что-то, попой не апробируют, ни слова не напишут.

"Мы с тобой жопашники", - закончила Марина.

Текст плюс выступление автора может называться перформансом, это еще одна ниша в которой развивается современная поэзия, именно она привлекает дополнительное количество живого зрителя. Автографы, конечно не берут, на руках не носят, но девочки на вечера поэзии ходят, глазки строят и оставляют мокрые следы на диване, особенно, если поэт Илья Возняков хорошо выглядит. Выступления поэтов редко тянут на перформанс, потому что это требует дополнительной подготовки, грубо говоря, надо запариться. Запариваются единицы. Например, Марина Кацуба иногда наденет красивое платье, Игорь Антоновский сымпровизирует, Андрей Некрасов вытянет лирическую линию до конца. Можно делать большее. Думаю, что именно в этом направлении современная поэзия имеет большой потенциал.

Все любите меня,

но

Думаете, что я дно

(Марина Кацуба)

Один воронежский поэт как-то остановился у меня. Лежа в кровати, рассказывал о поэтической жизни в России, пил пиво и кушал сухарики. Мы до утра катались на крошках, но я узнал как обстоят дела в небольших городах.  Когда надоедают камерные вечера, квартирники с одинаковыми лицами, поэт едет на гастроли. Теперь, благодаря Интернету, не так сложно найти аудиторию: тебя ждут в гости, можно ездить и даже "выходить в ноль". Там же продавать сборники. Сборник - это такое место, где можно поставить автограф (каждый поэт хочет быть рок-звездой от литературы). Сборники молодых поэтов в магазинах бестселлерами не становятся, но мастистые поэты-гастролеры даже не посмотрят на тебя, если у тебя сборника нет.

скверное время

дети не знают простых вещей

в магазине не сыщешь настоящих овощей

женщины не умею варить борщей

а мужчины удить лещей

(Илья Семёнов)

Пишут стихи многие, а могут писать абсолютно все. Все, кто получил образование и имеет доступ в Интернет, то есть - миллионы. Поэтические Интернет-сообщества в социальных сетях насчитывают тысячи душ подписчиков, да и сообществ таких тоже сотни. Единственное, что остается человеку в здравом уме - это развивать собственный литературный вкус. На это нужно время, и именно само время, на мой взгляд, оставит лохов позади, самые же талантливые получат по ордену от главнокомандующего армии искусств. (это может быть и главнокомандующАЯ).

И так притворствуя, мерила разные амплуа

недоступность нежность бурю покой

А на самом деле

я никто из тех женщин, какими пыталась я быть

с тобой


и вот

я иду окружена вереницей мужчин

будто моя жизнь бушующий океан


я желаю чтобы ты никогда не был так одинок

как я

(Ника Муравчик)

Каждый современный поэт работает на работе, потому что творчество денег не приносит. Я знаю поэта-юриста, поэта-продавца-консультанта, поэта-дизайнера одежды, поэта-преподавателя немецкого, даже поэта-инженера-проектировщика вентиляционных систем, поэта-парикмахера, поэта-бизнесвумен, поэта-фэшн-что-то-там. Каждый чем-то занят в жизни, и в этой же жизни находит место для своих попыток рифмовать и как-то тихо себя продвигать. Только одна поэтесса заявила, что зарабатывает на жизнь исключительно своим творчеством. Я удивился. До сих пор мы с ней общались в Интернете, может, она вообще не существует.

на мостовых все меньше рок-н-ролла

и лютый смрад из центровых парадных.

не каждый гитарист сыграет соло,

не каждый может roll it up и ладно.

(Илья Возняков)

И последнее. Хорошо просто, когда идешь по своему городу или едешь в метро, пришло что-то, свалилось - записал в блокнот, любуешься. Наше слово. Подбросил - звякнуло. Чувствуешь себя дома. Русский язык. Пусть невежа подсматривает через плечо, и ржет: поэт, мол, ха - ха - ха - зато в санкт-петербургском метро едет санкт-петербургский писатель и поэт. Говорят, на дворе "Пластмассовый век русской поэзии". Всё превратится во всё. Пускай превращается. Ну его!

Стали замечать меньше мы

Великолепие жизни...

(Алексей Климон)


Текст:
Роман Данилюк
Фото:
из архива поэтического объединения