Метафизика для масс | Бинокль

Метафизика для масс

20 января13:35
257

Алексей Никонов широко известен не только как музыкант, лидер панк-рок группы ПТВП (Последние Танки в Париже), но и как поэт. Недавно у него состоялась презентация новой книги, выход которой приурочен к двадцатилетию творческой деятельности. Автор поделился с нами мыслями о современной поэзии, предназначении поэта, вдохновении и судьбе русского народа.


В собрание сочинений вошло пять сборников прошедших лет. Они отличаются по содержанию, что объединило  сборники, есть ли в них что-то общее?

Думаю, да. На самом деле, когда я издавал собрание сочинений, я об этом не думал. И уже читая дома изданную книгу, понял, что они объединены. Идея в том, что сборники выполняют какую-то формальную задачу, и когда они выставляются все вместе, эта задача намного виднее. Мне кажется, можно наблюдать мое движение как поэта, может быть прогресс, а может быть и регресс, об этом я судить не могу, но это движение явно прослеживается в сочинении. Плюс, видно мою приверженность к понятию сборника. Сборник всегда подразумевал цельное произведение, где все составляющие стиха являют, как минимум, формальную задачу, и как максимум - еще несколько, это, конечно, объединяет. Все пять сборников выложены в моей новой редакции, так же в «Медею» добавил прозу, точнее то, что призвано называть прозой, но я считаю это стихами.


Помимо сборников, что еще вошло в собрание сочинений?

Мой ближайщий друг Сергей Неместный, он же Овв, нарисовал шесть оригинальных иллюстраций. Хотя это даже не иллюстрации. Скорее, как у Дюрера гравюры, только нарисованные шариковой ручкой, что добавляет им ещё большую ценность. Это ведь постмодернизм, конечно, выражаясь юмористически, как все постмодернисты делали. При написании «Медеи» он вообще принимал участие, а самое главное, Сергей является одним из героев прозаической части «Медеи», что вдвойне добавляет ценность, автор гравюр - еще и герой сборника, для меня это очень важно.

Почему ты начал писать, кто повлиял на это?

Почему - никто не ответит, осознанная необходимость. Повлиял много кто, хорошие поэты все влияют опосредованно или прямым способом. Кто на русском языке писал, в какой-то мере влияют, из знакомых, естественно. На всех современных поэтов явным образом влияет и Эдуард Асадов и Иосиф Бродский, они могут его даже не читать, но влияние может происходить через других авторов, через сам язык, но на самом деле действие немножко непредсказуемое.


Стиль написания перенимается?

Конечно, или по крайней мере осмысливается, и даже если отрицается, то для того чтобы отрицать, это нужно хорошо знать. Ведь человек, который в тот момент что-то отрицает, будет знать, чтобы перешагнуть через Бродского, нужно его в начале полюбить.


В своем время ты общался с Эдуардом Старковым, лидером группы Химера. Что тебе дало общение с ним, может,  он повлиял на твое творчество?

Он — один из знакомых людей, кто повлиял, как ни странно. Потому, что близко мы общались года полтора-два. Я уже тогда был поэтом. Рэдт знал об этом, возможно, именно поэтому и вытащил меня на сцену. Не знаю его мотиваций, честно говоря, самому до сих пор интересно. Не думаю, что это было из каких-то обывательских причин.


На литературный язык и манеру письма Рэдт тоже повлиял?

Абсолютно никак не повлиял. В этом смысле мы с ним были противоположны. Рэдт - один из последних примеров чистого модернизма. Борис Рыжий - тоже, которого упрекают в постмодернизме, но мне кажется, это жуткое не понимание его поэтической миссии, но время разберется.


Как ты относишься к современной поэзии и литературе? Есть ли достойные поэты?

Наверняка. Я, может, кого-то не знаю. У меня есть любимые современные поэты, но их немного: Дмитрий Гусев отличный поэт, Андрей Родионов просто гениальный. Слово "гениальный" не принято говорить, оно подразумевает в себе несколько спекулятивный смысл. Я бы сказал, замечательный поэт, который намного выше меня с литературной точки зрения, и на кого действительно стоит ровняться – это Мирослав Немиров. Ну и, конечно, Борис Рыжий, но он уже умер. В поэзии, на самом деле, смерть не имеет значения. Поэтому мне куда ближе Уильям Шекспир. Поэт не должен писать ни для подростков, ни для старушек, ни для ровесников, ни для будущих, ни для прошлых. Поэт должен писать потому, что это его необходимость в этом месте, а если он пишет для кого-то, то он уже не поэт, а просто зарабатывает.


В сборнике «Медея» десяток стихотворений посвящено пьесе "Макбет". Почему именно эта пьеса? У Шекспира довольно много известных пьес. И главные герои,  которые находятся в крайних обстоятельствах, вот например Гамлет, Король Лир, Отелло…

Тут два момента. Конечно, Макбет мне был близок в тот момент, то есть, у меня лично совпали кое-какие моменты с его пониманием того, что происходит вокруг. Особенно - через Владислава Ходасевича каким-то косвенным образом, плюс, ко мне как всегда пришел Джулиано Ди Капуа и говорит: «пиши про Макбета». А нет, он сказал: «Пиши, что хочешь». Тогда мне Макбет что-то запал. Это был 2013 год, война во мне прям тогда сидела. Сейчас я понимаю, что поэт не знает, какая война произойдет, но просто знает, что она будет. И когда я писал - чувствовал, что с нами что-то произойдет. Мы живем в войне, тогда об этом разговора не было. Поэт как кошка, он все чувствует, и все это чувствовал я и передал, а почему и как не знаю, но вот Макбет мне на ту минуту был очень близок по пониманию. Кстати, насчет Гамлета. В моем новом сборнике Гамлет будет играть одну из ключевых ролей.


Не кажется ли тебе, что у людей 21 века подменены понятия о войне и революции? Что это стало каким-то продажным и искусственным?

Да всегда так было, вспомни Альфреда Дрейфуса, пацифистские романы Ремарка. Да и ученые об этих понятиях спорили. Для меня, например реформы Петра до сих пор являются революцией. Она изменила общественный строй, экономические условия, даже искусство - хотя со мной не согласятся экономические историки, историки марксистского толка. Революция пожирает своих детей, если этот процесс начался, он просто так не заканчивается. И кстати, в России, учитывая современные обстоятельства, ничего кроме революции не остается. Другой вопрос, какие формы она примет, ну тут уже русская история знает замечательные обстоятельства.

Но война - это совсем другое. Мы сейчас в полной мере можем оценить, что подменяй, не подменяй понятие, а мы оказались в военной ситуации, это очевидно. Вон, за соседним столиком девочки смеются, а через два года смех кончится. В сороковом году шлюхи в ресторанах бухали, но через два года они уже на заводе стояли, снаряды точили. Посмотрим, что будет. Я полагаю, мое стихотворение «Я вижу как горит двадцатый год» приобретает реальные основания.


Замятин сказал: «Я боюсь, что у русской литературы одно только будущее: ее прошлое». Согласен с этим высказыванием?

После этого были написаны «Москва - Петушки», «Котлован», а Владимир Набоков уже писал «Дар». Русской литературе обещали смерть, но ведь был Иосиф Бродский, Борис Рыжий. По моему мнению, этот процесс становится более маргинализированным, более эзотерическим, даже местечковым. Если хочешь, он не будет прекращаться, русский язык не будет прекращаться, он дает множество оснований для творческого потенциала, это неисчерпаемое явление. В этом смысле нам очень повезло.


На творчество человека толкают негативные эмоции?

Пруст говорил: «Пощечина для поэта куда полезнее поцелуев». Бывает, кстати, и позитивные, но чаще всего толкают негативные эмоции, как это ни парадоксально. Не я первый это заметил. Первый об этом, кажется, заговорил бедняга Гомер.


В одном из интервью ты сказал, что вдохновение - это поповское слово. Почему? И если не вдохновение, что заставляет человека творить?

Я преувеличивал, немного обострял. Понятно, что без вдохновения стихи писаться не будут. Был момент в моей жизни, когда я хотел немного трезвости. Мне казалось, что поэтическое вдохновение - несколько утрированная метафизика для масс. Сейчас я так не считаю, хотя бы, потому что читал пару лекций по литературе. Заново столкнулся с такими явлениями, как футуризм и символизм. Именно эти два понятия очень много дали для понимания роли поэзии вообще в моей собственной жизни. Если не вдохновение, то пощечина.


Что можно пожелать начинающим поэтам?

Больше обращать внимание на инструментовку, ритм, рифмы, размер, просодию, хорей, ямб, амфибрахий. Вы должны знать и понимать, что вы делаете, иначе какой в этом смысл. Кто вы: эпический или лирический поэт. Вы должны с этим разобраться, понять для себя. Как только поймете, вам станет легче писать раз в сто, уверяю. Конечно, на это уйдет какое-то время, но это надо знать. Можно выучить и забыть, но это потом всплывет все ровно. Я раньше клал на это, а сейчас понимаю - это очень важно.

Текст:
Мария Шпинёва
Фото:
Дарья Гладких